«Иногда пациенты сбегают с операции!»: томская медсестра-анестезист рассказала о сложностях профессии

Томский анестезист рассказал, как пациент сбежал с операции

От грамотного анестезиста во многом зависит благополучный исход любой операции. Фото предоставлено героем публикации

Светлана Овсова никогда не мечтала быть анестезистом, однако проработала на этой должности более 20 лет и успела очень полюбить свою профессию. О неожиданных поворотах судьбы, а также о специфике непростой специальности женщина рассказала журналисту «КП-Томск».

«У меня были совсем другие планы, но я отучилась на медсестру общего профиля, так как на этом настояла моя мама. Она была учительницей и считала, что работать надо в тепле и чистоте. Да и в 80-е годы наши с ней профессии считались самыми хорошими», - начала свой рассказ томичка.

Фото предоставлено героем публикации

В юности Светлана жила с семьей в Новосибирской области, училась за 80 км от дома. «Я считала, что биология - это не урок. Ну что это такое – выучить стебельки и пестики?», - признается женщина. В то время, когда ее подруга зубрила задания, она просто прочитывала материал, при этом хорошо сдавала экзамены. На госпрактику Светлану отправили в город Каргат, где, по ее словам, судьба словно сама начала направлять студентку на заранее начертанный путь.

«Выяснилось, что все медсестры ушли в отпуск, меня упросили устроиться и поработать за них в терапии. Через месяц – то же самое в гнойной хирургии, затем в регистратуре и детском отделении. Мой дневник подписал главврач, и я уехала. Получила диплом и, думаю, ну, наконец, месяц отдохну летом дома. И вдруг звонок по межгороду: у тебя завтра по графику ночная смена, ты ведь не увольнялась», - вспоминает Светлана Овсова.

В домашнем халате, как была, Светлана бросилась на автобусную остановку. Успела на поезд и через 12 часов была уже в Каргате. Через год там сформировали отделение анестезиологии, Светлану вместе с двумя другими медсестрами отправили на 3-месячное обучение в ОКБ Новосибирска.

Фото: Олег Укладов. Перейти в Фотобанк КП

«Так, неожиданно для себя, я и стала анестезистом. Начала работать в сформированной палате интенсивной терапии, куда клали тяжелых пациентов после операции. Потом я уехала в Новосибирск. Мне подсказывали: «Иди в искусственную почку, там работа не такая сложная», но я все же устроилась в гнойно-септическое отделение ожогового центра. Проработала там 11 лет даже без больничных листов. Часто на учебе была, через 7 лет я уже имела высшую категорию», - делится медик.

Затем - новый поворот в жизни Светланы. Она вышла за муж и переехала в Томск, где устроилась медсестрой-анестезистом в отделение реанимации СИБГМУ.

«У нас специфика такая: и кто работает в палате реанимации, и кто в операционной - это все анестезисты. Все имеем доступ к наркотическим препаратам, право проводить наркозы – ассистировать врачу-анестезиологу. Мы должны все это одинаково знать, но можем выбрать, что больше нравится. А в некоторых больницах идет обязательная вертушка: то есть, месяц работаешь в палате, потом месяц в операционной, и так по кругу. Я вот люблю работать в операционной», - рассказывает Светлана.

Заступая на смену, женщина готовит операционную, проверяет аппаратуру, наличие кислорода, закиси, всех необходимых препаратов, систем.

«Потом я иду к списку, смотрю план, кого мы сегодня оперируем. Вижу, кто пациент, какого возраста, в какой он палате. Беру у хирургов истории, начинается операционный день. Например, вызывают Иванова, я его встречаю, девчонки кладут на операционный стол. Мерю пациенту давление, ввожу в вену раствор, ставлю систему. Объясняю, что за чем идет, какой будет наркоз. Если он не согласен, отвечаю: «Хорошо, если не хотите Вы спинальную анестезию, сейчас с доктором обсудим». То есть, я начинаю общаться с пациентом», - рассказывает женщина.

Фото: Алексей БУЛАТОВ. Перейти в Фотобанк КП

Светлана уточняет, что многие пациенты высказывают свои предпочтения в выборе вида наркоза: «Одни говорят: «Я хочу за Вами следить, что Вы мне тут делаете. Хочу участвовать в этом!». А другие наоборот: «Я не хочу ни слышать Вас, ни видеть, Вы меня усыпляйте». Несмотря на то, что в некоторых случаях рекомендуется делать спинальный наркоз – более щадящий для организма, по желанию пациента его все-таки усыпляют. Иначе он может начать конфликтовать прямо во время операции.

«К конфликтам в нашей работе вообще не привыкать, ведь люди очень разные попадают к нам. Многие выпивающие. Один вообще сбежал с операционного стола! Привезли по скорой пьяного с колото-резаным ранением, положили на стол. Санитарочка пытается зафиксировать ему ноги, чтобы не упал, а он с воплями и матом кричит, чтобы не привязывали. Встает и пытается уйти. Санитарка у нас крепкая, удерживает, падает на него. Но он в итоге прям со стола встал, ушел, куда – не знаем, и мы его больше не видели», - делится Светлана.

Фото предоставлено героем публикации

Еще у одного пациента была белая горячка. Светлана услышала шум и забежала в палату, где увидела свою напарницу, стоявшую, зажмурившись, в углу.

«Она, бедная, стоит, боится, а пациент взял стойку от системы и над головой ее крутит. Я не знаю, что делать, мужик-то крепенький. И в это время забегает анестезиолог. Тот ставит стойку и берет его за грудки, хирургическую рубашку рвет на 2 части врачу. В итоге получает сдачу, падает на кровать, и мы его успеваем привязать», - рассказывает томичка.

Во время разговора с журналистом Светлана вспомнила и еще один интересный случай из своей богатой медицинской практики. Однажды, перед началом операции, у баллона с закисью сорвало редуктор и пошел шипящий звук. В это время пациенты уже были под наркозом.

«Врачи только помылись и оделись, стоят в масках. И вдруг срывается баллон, начинает шипеть. Мой анестезиолог убежал вообще из операционной. Хирурги, прямо стерильные, упали на пол, прикрыв голову руками. А я даже ничего не поняла и не успела напугаться, просто быстренько подошла и закрутила баллон. Все-то подумали, что сейчас что-то взорвется. Были от меня в шоке!», - поделилась Светлана.

Она добавила, что подобных случаев очень много, не хватило бы и нескольких часов, чтобы все перечислить. Один парень не верил, что его уже прооперировали, долго и требовательно кричал, пока ему не показали шов. Для него выключение сознания показалось мигом, он не заметил, что уже засыпал. Другой – бывший алкоголик – разжевал и проглотил ампулу, оставленную эндоскопистами после осмотра желудка. Еще один мужчина пытался выйти в окно, медбрату еле удалось остановить пациента.

«Очень много впечатлений от нашей работы, она весьма насыщенная. Раньше было в день по 3-4 операции, иногда по 5, а сейчас бывает и по 8, скучать не приходится. Для меня главное то, что после наркоза я вижу результат, это благодарный труд. Правда, пациенты нас не помнят, но я-то их помню. И меня люди хотя бы перед сном видят, в отличии от операционных сестёр - наверное, и не думают, что они существуют», - добавляет Светлана.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА. Перейти в Фотобанк КП

После 20-лет работы женщина оформила пенсию, так как условия ее труда по вредности приравниваются к условиям работы с рентгеном. Тем не менее, томичка продолжает заступать на смены, уходить на отдых пока не собирается. В разговоре с журналистом она несколько раз повторила, что очень любит свою профессию – нелегкую и интересную одновременно.