
Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП
Когда 45-летний Никодим попал в учебную часть, он подумал, что переоценил свои силы. Три недели подготовки к участию в СВО для жителя села Рыбалово оказались неожиданно тяжелыми физически. Позже доброволец понял, какое значение имели усиленные тренировки для «новичков»: благодаря им на передовой так трудно уже не было. Про многокилометровые марш-броски, штурмы и подвиги парней боец рассказал журналистке «Комсомольской правды – Томск».

«Тренировки шли с полным боекомплектом. В переломные моменты, когда было совсем тяжело, я вспоминал о том, что в великую Отечественную 20-летний паренек Сиротинин один удерживал танковую дивизию вермахта на переправе. Еще думал о 16-17-летних мальчишках, приписывавших себе возраст, чтобы попасть на фронт. Если они могли, то я что, разве не русский?», - делится Никодим.
Вдохновляясь историческими подвигами, боец находил в себе новые силы. Вскоре привык к большим нагрузкам. Никодим рассказал об одном из спецзаданий, когда совершали 7-километрый марш-бросок в полном боевом снаряжении. При собственном весе 80 кг штурмовику пришлось нести рюкзак десантника, 12-килограммовый пулемет и боезапасы весом 35 кг. Казалось, отнимаются ноги, но справиться удалось на отлично. Моральный дух и Никодима, и тех, кто шел с ним рядом, находился на высоте. До этого парни уже бывали на передовой, заходили в деревни и видели в школах учебники с искаженной исторической информацией. Это, по словам мужчины, не оставляло у бойцов никаких сомнений в важности их дела.
«Во время марш-броска было мало моментов, когда мы могли поговорить. Но те две минуты беседы с соседом дорогого стоили. Идем в тишине, и вот удалось остановиться в полной невидимости в темноте, чуть-чуть пошептаться о чем-то бодром, анекдоты рассказать, это тоже придавало сил», - признается военный.
Продолжая рассказ о своем боевом пути, штурмовик перечисляет, какие задания ему приходилось выполнять на СВО. Командир ставил задачи брать высоты, какие-то определенные точки на местности, зачищать опорные пункты. В лесных массивах это были блиндажи, в деревнях – боевики сидели в домах, погребах или сараях. По словам Никодима, согласно распоряжению Президента Путина, бойцы не обрабатывали артиллерией населенные пункты до тех пор, пока в них находилось мирное население. Такие города и села штурмовали.
«Конечно, труднее брать штурмом. Но это абсолютно оправданное решение, очень его поддерживаю, ведь я разговаривал с местными женщинами и видел их отношение к нам. С мирными я встречался только в Луганске», - вспоминает штурмовик.
Собеседник издания продолжает делиться воспоминаниями об СВО. Декабрь, вечер. Бойцы стоят на позициях, которые только что отбили у противника. Под ногами грязь, слякоть, все дороги размыты, машины к окопам не проезжают. Поскольку из-за непогоды со снабжением вышла заминка, парни сами ходили за пищей, вместе с едой приносили сразу и боекомплекты. Каждому солдату полагалась бутылка воды 1,5 литра. До очередного выхода за пайком оставалось еще часа два, когда закончилась вода. Ребятам сильно хотелось пить.
«Впереди, в метрах трех, окопы. Вдруг видим, там лежит полуторалитровая бутылка. А позиция простреливается снайперами и артиллерией. Пацаненок наш выскочил, по нему дважды стреляли, не попали. Подрезал он ту бутылку льда, она для нас была как ребенку на Новый год волшебный подарок от Деда Мороза в тот момент. И это обыденность там – то, что здесь воспринимают за подвиги», - делится боец.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП
Рассказал житель Томска и о том, за что получил одну из своих четырех наград – медаль «За отвагу». Спустя 2,5 месяца службы Никодим в качестве пулеметчика шел на задание вместе со старшим группы, его помощником и двумя снайперами. Нужно было пересечь открытое место, которое контролировал противник – метров 45. Какое-то время не удавалось вычислить, где сидит вражеский стрелок. При этом периодически с той стороны отрабатывала артиллерия.
«Мы просидели в окопе часа 1,5. Было как-то глупо ждать в окопе, подполз я к «одноглазому», как мы называем снайпера. Тот говорит, что пока не обнаружил засаду противника. Я посидел около него минут 5 и говорю: «Сейчас увидишь». В полной броне, с пулеметом, выскакиваю на открытку, пересекаю ее. Снайпер дважды выстрелил, не попал. В лесополосе я отполз, залег. Но врага не сняли», - вспоминает штурмовик.
Никодим начал из пулемета стрелять примерно в ту точку, из которой по нему открывали огонь. Бил беглым, как говорят военные. В это время сослуживцам удалось пересечь опасную зону.

Фото: Дмитрий СТЕШИН. Перейти в Фотобанк КП
В следующие 5 часов группа шла по лесу, перестреливаясь на протяжении всего пути с вражеским снайпером. Уже на выходе ему удалось попасть в Никодима.
«Я еще 15 минут назад видел, откуда он стреляет. Когда поменял позицию, пока ребята двигались, начал отстреливать ту точку, где, как я думал, находится враг. Ждал его левее, а он, оказывается, отполз, с правой стороны меня подснял - ранил в плечо. Я оставил парням пулемет и своим ходом с автоматом выбирался. Командир по рации передал, что выхожу, чтобы наши меня не приняли за врага. Они недалеко были», - поделился Никодим.
С ранением мужчина попал в госпиталь, проходил лечение в разных городах. Дома, в Томской области, его с нетерпением ждали родные: брат, сестра, племянница. Сын Никодима ушел на СВО за 7 дней до того, как это сделал сам собеседник издания. Когда у парня закончился контракт, он подписал второй – снова на полгода. Так же собирается поступить и Никодим, как только восстановит прострелянную руку.

Напомним, ранее «Комсомольская правда – Томск» рассказала, как мальчики из местной многодетной семьи помогают участникам спецоперации.
Читайте также Полицейские задержали 19-летних парней из-за избиения пенсионера в Томске