Экс-мэр Томска Александр Макаров покинул зал суда с улыбкой

12 лет в колонии строгого режима для Александра Макарова и 7,5 лет для Нины Егоренковой – такой приговор вынес 15 ноября Томский областной суд. Экс-градоначальнику предстоит также выплатить штраф в размере 1 млн. рублей, его родственнице – штраф в размере 800 тысяч. Плюс конфискация средств, полученных преступным путем, и доли Макарова в праве собственности на здание и землю по адресу Красноармейская, 44. В пользу государства с Макарова будет взыскано более 44 млн. рублей.

Напомним, что уголовное дело в отношении Макарова было возбуждено 6 декабря 2006 года. Он обвинялся в злоупотреблении должностными полномочиями, получении должностным лицом взятки в крупном размере, пособничестве в совершении мошенничества в особо крупном размере, вымогательстве, совершенном в целях получения имущества, в особо крупном размере. Присяжные признали его виновным по семи эпизодам обвинения из девяти.

Как важно быть внимательным

Приговор подсудимые выслушали спокойно, а Макаров, выходя из зала суда, даже поулыбался журналистам. Хотя 13 ноября экс-мэр и его родственница выступали весьма эмоционально.

В этот день подсудимым предстояло сказать заключительное слово. Александр Макаров заметно волновался, однако когда адвокат Игорь Трубников довольно резко попросил одну из журналисток прекратить фотосъемку, потому что вспышка сбивает его подзащитного, бывший градоначальник бросил реплику: «Меня не собьешь». Что ж, говорить экс-мэр всегда умел и любил…

В самом начале выступления Макаров заявил, что обвинение всячески пыталось «опорочить его биографию» и оказывало на него психологическое давление. Давление заключалось в пресс-конференциях и комментариях, которые сотрудники прокуратуры давали журналистам. На присяжных, по его словам, давление оказывалось иначе – например, с помощью демонстрации изъятой у него «кучи денег». Но на томичей, утверждал бывший градоначальник, это не подействовало: когда он находился на свободе, к нему на улицах подходили со словами поддержки и благодарности «даже не сотни, а тысячи людей».

Ссылки на «художественную книгу» (строки из изданного в 2006 году произведения тогдашнего мэра под названием «Большие перемены Александра Макарова» за день до этого цитировала заместитель прокурора Томской области Татьяна Мелихова) были названы «смешными, нелепыми и безграмотными с правовой точки зрения».

- Еще бы «Курочку Рябу» взяли! – предложил Макаров.

Надо сказать, что в момент выхода книги автор был о ней гораздо более высокого мнения: кампания по раскрутке этого художественного произведения проводилась с размахом, который «Курочке-Рябе» не мог и присниться. Возбужденное против него дело Александр Сергеевич, как и следовало ожидать, назвал «заказным».

- За десять лет мне пытались ставить разные диагнозы, но среди них ни разу не было олигофрении. Но я до сих пор не понимаю, в чем меня обвиняют, - заявил экс-мэр.

После этого он перешел к рассмотренным судом эпизодам. Эпизод с Центром оптовой торговли на улице Красноармейской, по мнению Макарова, возник из-за «экономической безграмотности» предварительного следствия. Вопрос о приобретении им доли в уставном капитале, заявил подсудимый, обсуждался открыто, в присутствии юристов, а потому взяткой быть не может. Долю же в праве собственности на здание и землю под ним он, как положено, купил за 16 млн. рублей. Правда, с рассрочкой платежа до 2015 года. Что же касается увольнения тогдашнего директора, то его нельзя было не уволить, поскольку он все развалил.

На этом месте речь подсудимого была прервана замечанием судьи.

- Хочу вам напомнить, что вы не можете оспаривать вердикт присяжных, которым вы сами доверили оценить собранные доказательства, - сказал Валерий Павлов. – А вы сейчас делаете именно это.

Комментируя эпизод с незаконным строительством магазина по адресу Интернационалистов, 31а (магазин был построен его сыном Ильей), Макаров проявил по отношению к себе большую критичность. Он допустил, что его можно обвинить в халатности. Но не более того. В истории с ЦОТом по улице Киевской виной всему оказалось легкомысленное отношение к документам Нины Егоренковой. Исключительно благодаря «невнимательности» земля под принадлежащей родственнице мэра собственностью оказалась приватизирована задним числом, по изрядно заниженной цене. Говоря об эпизоде со взяткой, полученной за вхождение в город ТКС (385 тысяч долларов, или более 11 млн. рублей), Макаров упирал на отсутствие свидетелей, которые подтвердили бы, что взятку они давали. Что же касается земельных участков, которые получали его родственники и знакомые, то ни Конституция, ни федеральный закон, ни муниципальные правила выделять землю родственникам не запрещают. Тем более что ни один из участков впоследствии перепродан не был. Заметим, что участки не были и застроены. И какова была бы их судьба, если бы мэр не был арестован, - вопрос открытый.

«Это свинство»

Макаров констатировал, что обвинение потребовало для них с Егоренковой, «по сути, пожизненного наказания», поскольку они – люди пенсионного возраста и с целым букетом хронических заболеваний. Особенно жестоким, по его мнению, выглядит требование дать 8,5 лет за совершенное Егоренковой «незначительное нарушение»:

- Откуда такая зоологическая злоба? Я понимаю, что это профессиональная деформация. Но чуть-чуть гуманности должно быть, хотя бы показной! Одна из целей наказания – предотвратить совершение последующих преступлений. Но какая социальная опасность может исходить от нас с Ниной Павловной?

О незначительном нарушении: Нина Егоренкова была признана виновной в мошенничестве в особо крупном размере и вымогательстве в особо крупном размере. В одном случае она требовала с предпринимателей 3 млн. рублей, используя при этом свои связи в силовых структурах и родство с мэром и суля бизнесменам многие беды. В том числе обещала распространить о них порочащие слухи. По решению суда Нина Егоренкова лишена звания полковника милиции. 7,5 лет в колонии общего режима - минимальный срок, который можно было ей дать.

Но волновало Александра Макарова не только решение суда. Его сильно задели и слова гособвинителей о том, что Томск ничего не получил от его 10-летнего пребывания у власти.

- Я не буду говорить резких слов – здесь много женщин. Скажу просто – это свинство! - заявил он.

Макаров предложил вспомнить, каким был город в 1996 году и каким он стал в 2006-м. Однако чьих заслуг в преображении города больше, вопрос спорный. Тем более не стоило упоминать о том, что бюджетники начали получать зарплату в срок. Задержки по зарплате, которые в 90-х были в порядке вещей, ушли в прошлое по всей стране. И все-таки не испытать жалость к подсудимому было трудно. Как, впрочем, к любому человеку, которому грозит серьезный тюремный срок. Если, конечно, этот человек не кровавый убийца.

Закончил Александр Макаров обращенной к судье просьбой назначить наказание, не связанное с лишением свободы. Еще более эмоциональным было заключительное слово Нины Егоренковой.

- Вряд ли найдутся слова, которыми можно было бы передать, как тяжело я переживаю происходящее, - сказала она, с трудом справляясь со слезами. – Кроме себя, конечно, мне винить некого. Случившееся со мной перечеркнуло всю мою жизнь. Я признаю свою вину, но при этом имею в виду только свои действия.

Егоренкова тоже попросила не лишать ее свободы, поскольку она никогда прежде не нарушала закон и никогда не нарушит его впредь. Остаток жизни, по словам подсудимой, она хотела бы «посвятить внукам и лечению».

Грустный эпилог

Адвокат Игорь Трубников пообещал, что защита приговор обязательно обжалует. Сделать это можно в течение 10 дней. Сторона обвинения решением суда удовлетворена. Гособвинитель Елена Караваева еще перед началом заседания пояснила журналистам, что и возраст, и прежние заслуги подсудимых прокуратура учла – именно поэтому обвинение и просило для Макарова 13-летнего заключения, хотя максимальный срок наказания для него – 18 лет. Но радости по поводу торжества справедливости почему-то нет. Зачитывая приговор, судья несколько раз упомянул о том ущербе авторитету власти, который нанес своими действиями Александр Макаров. И ущерб этот намного больше, чем может показаться на первый взгляд. Людям, единожды обманутым красивыми словами об их благе, очень трудно поверить этим словам вновь.