«Пусть убийца моего сына сядет на 15 лет»: мама погибшего томича поделилась страшной историей его смерти

Мама сбитого пьяным водителем томича поделилась деталями смертельной трагедии

Уходя на «смертельную» смену, Константин Комаров сфотографировался с маленькой Софией – это последняя встреча отца и дочки. Фото предоставлено Еленой Лапшаковой

Елена Лапшакова регулярно приезжает из Бурятии на заседания томского суда, где рассматривают уголовное дело в отношении убийцы ее сына. Женщина требует, чтобы 37-летнему виновнику ДТП назначили максимальное наказание: 15 лет тюрьмы. Напомним, в ноябре 2023 года пьяный водитель насмерть сбил двух дорожных рабочих на улице Елизаровых. Ранее «Комсомольская правда – Томск» публиковала интервью с матерью одного из погибших – Константина Оккель. Сегодня рассказываем о трагической судьбе его коллеги – Константина Комарова.

- Елена Владимировна, как Вы узнали о страшной трагедии, которая оборвала жизнь Вашего сына?

- Мне позвонила невестка Кристина в 7 часов утра, она так закричала: «Если с моим Костечкой что-нибудь случится, я не выдержу!». А у них как раз родилась дочка, 22 ноября ей исполнилось 2 месяца. Есть даже последние фотографии, где он ее на руках держит. А потом Костя последний раз ушел на работу...

Фото предоставлено Еленой Лапшаковой

Наутро невестка сказала, что Костя не выходит на связь, что у нее страшные подозрения, так как она видела запись аварии в пабликах, там форма работников выглядит как костина. В постах говорилось, что один пострадавший погиб на месте, второй в медучреждении. У меня «ВК» показывал, что последний раз сын был в сети за 20 минут до полуночи.

Я попросила невестку обзвонить больницы. Оказывается, ребята – коллеги мужа - не сообщили ей о ДТП, потому что побоялись сказать. Потом она поехала опознавать своего мужа, который находился в реанимации без паспорта. Когда его увидела и переговорила с доктором, все, упала и не может идти - ноги отказали. Она же врач по образованию, оценила состояние Кости. Сказала мне, что он не выкарабкается. У него падало давление, а уколы, даже большие дозировки, не помогали. Организм не справлялся, хотя и операцию серьезную сделали на разорванной селезенке. Позже, когда нам зачитывали в суде материалы дела, мы и сами понимали, что такие травмы вообще не совместимы с жизнью. Да и врач признавался нам: «Если бы он выжил, остался бы просто «овощем», лежал бы».

Доктор мне тогда позвонил и попросил помочь Кристине, которая не могла идти от шока. Я сообщила томской знакомой, та на машине забрала невестку из больницы.

Фото предоставлено Еленой Лапшаковой

На следующий день Кристина мне позвонила и сообщила, что Костя 5 минут назад умер - в 14:15. Плакала, кричала. У меня тоже истерика такая была! Муж не знал, что со мной делать.

Сынок так цеплялся за жизнь, сразу не уходил. Это человек, который много лет занимался дзюдо, на соревнованиях выигрывал, у него есть медали, организм сильный. А ведь Костю, по-моему, из-под машины вытаскивали. После столкновения он сначала даже не дышал, но брат его погибшего коллеги стукнул ему в грудь, сын отхаркнул и дыхание возобновилось – вот настолько была тяга к жизни. Много планов строил. Осенью с семьей собирался на море. Второго ребеночка хотели.

Я приехала со своей мамой в Томск, забрала Костю, мы похоронили его на Родине, в Бурятии.

- Как справлялась семья с таким ударом?

- Моему мужу Костя не является родным отцом, но он его растил с 5-летнего возраста. Когда сын погиб, у супруга был стресс. У него первая группа инвалидности, третья стадия онкологии. Шла ремиссия, а после случившегося настал рецидив. На нервной почве, видимо.

Моя дочь учится в ТГУ. 2 месяца после трагедии она находилась на дневном стационаре психоневрологического диспансера. И туда ездила, и на учебу. С трудом, но сессию закрыла, перешла на другой курс. Это все очень травмирует.

Фото предоставлено Еленой Лапшаковой

Я нахожусь на антидепрессантах. Думала, не буду на этот раз их пить, но буквально неделю продержалась и к ним вернулась, потому что я каждый день плачу. Утром встаю, ложусь, у меня одни мысли только: «Сына, сына, сына». Все понимаю, но не могу его отпустить. Моя сестра тоже очень сильно переживает. Не было такого дня, чтобы мы о Косте не разговаривали.

- У Вас было двое детей?

- Трое. Мой первый сын умер в 4-летнем возрасте по болезни в 1993 году. Роды оказались тяжелыми – не шли потуги. Мне медики выдавливали ребенка практически насухую, потому что воды еще перед этим отошли. Потом у малыша началась гидроцефалия, жидкость скапливалась в голове. Она увеличилась до такой степени, что появился отек мозга. В то время моя свекровь в нашем поселке городского типа работала в общепите – не последний человек была. И когда утром в роддоме узнали, чья я невестка, спросили: «А что же ты не сказала, кто твоя свекровь?». Я говорю: «А что бы это поменяло?».

- Как Константин попал в Томск? Расскажите о том, каким он был.

- После 11-го класса поступил в Томске в автомобильный техникум. Со второго курса сына забрали в армию, потом он доучился. После выпуска познакомился со своей будущей супругой. Они дружили 2,5 года, затем он мне сообщил, что будет свадьба. Ни денег, ничего, они сами все зарабатывали. Потом Костя еще в ТГАСУ поступил.

Фото предоставлено Еленой Лапшаковой

Был у них волнительный период, когда беременность невестки протекала тяжело – токсикоз мучал, сахар поднялся. Но ребята друг друга поддерживали, все мирно было, ни ругани никогда, ни скандалов. Вообще боготворили он ее, а она его.

Фото предоставлено Еленой Лапшаковой

Костя не только мне, но и всем запомнился очень ответственным, активным, юморным, общительным. Имел много друзей. В компании всегда с ним было весело. Мне так хочется пересмотреть запись, где сын торжественно проводил выпускной - все перед глазами стоит, но я еще не готова. Себе душу не хочу травить.

Мне Костя часто говорил: «Мамуля, мамуля». Цветы на День Рождения, 8 марта – это вообще всегда. И бабушкам. Даже если денег у него не было, передавал позже. Последний раз вот у мамы был 30 октября День Рождения, Костя потом 8 ноября отправил деньги и написал: «Мама, купи бабушке цветы», я унесла.

Меня всегда жалел, переживал. Когда я коронавирусом сильно болела, сын все время звонил, спрашивал, у врачей интересовался моим самочувствием.

Костя не курил у меня, не пил. Я в жизни, за 25 лет, никогда его не видела пьяным. Не матерился. У нас, конечно, были с ним конфликты, но на фоне того, что у меня очень жесткая гиперопека была. Я просто души в нем не чаяла и боялась, ведь мой первый ребенок умер. Чувство страха все время меня сопровождало. Это сейчас я уже поняла, что все переживания бесполезны. Если Господь распорядился в таком возрасте забрать человека, ты уже своими переживаниями не поможешь, ничем.

Фото предоставлено Еленой Лапшаковой

- На каком этапе сейчас находятся судебные разбирательства?

- Заседания продолжаются и, порой, дело там даже не продвигается практически, но я езжу на каждое из Бурятии: это 36-37 часов на поезде в одну сторону. На работе в школе получила отпускные, их все уже проездила, сейчас живу на самом деле без денег. Конечно, иск на моральный ущерб подала, но не знаю, какую судья определит сумму.

Последнее заседание было 27 июня, оно шло всего минут 15. На нем сказали, что еще не пришла бумага о том, что у обвиняемого погашена предыдущая судимость – их у него было уже 5. Так что нужно ждать документ. Получается, «то Ваньки нет, то Маньки». Там еще предоставили в суд награды обвиняемого. Он полгода участвовал в спецоперации в 2023-м, получил ранение и вернулся комиссованным. Мне сказали, что он снова собирается идти на СВО. Объявили, что 25 июля будет следующее заседание. Не знаю, последнее ли это.

- Какого, на Ваш взгляд, стоит ожидать справедливого наказания для подсудимого?

- У него статья «Убийство по неосторожности двух и более лиц», по которой предусмотрена ответственность от 9 до 15 лет лишения свободы. Но, поскольку он признал свою вину, сказал, что сожалеет и выплатит нам деньги, то, видимо, ему скостят года 3 примерно.

Есть сомнения у нас по поводу его сожалений. Ведь, по словам очевидцев, когда этот пьяный водитель сбил ребят, он вышел из своей машины и начал ее осматривать, а не пострадавших.

Странным нам также кажется то, что обвиняемый говорил на суде. Мол, не помнил, сколько он выпил рюмок, зато помнил, с какой скоростью ехал. Разве может это быть правдой? Мы на заседании будем об этом говорить, ведь за дачу ложных показаний должна быть ответственность.

Я считаю, что, если таков закон, то хотя бы по максимуму – все 15 лет пусть сидит. Чтобы он находился там и думал, что сделал.

Напомним, ранее «Комсомольская правда – Томск» сообщила: мать погибшего при ДТП в дорожного работника Константина Оккель рассказала, как обвиняемый хохотал в суде.