2018-11-21T15:19:20+03:00

Дневник спасателя: «Ловим попутки, чтобы ехать на ЧП, и получаем меньше, чем охранники в торговом центре»

Сотрудник одной из областных служб спасения* с 17-летним стажем анонимно рассказывает об изнанке своей работы
Поделиться:
Комментарии: comments40
При поиске под завалами собака чует живых людей лучше техники и лает всегда в районе головы пострадавшего. Фото: ruor50.orgПри поиске под завалами собака чует живых людей лучше техники и лает всегда в районе головы пострадавшего. Фото: ruor50.org
Изменить размер текста:

Тяжелые ДТП, где в груде металла зажаты люди. Пожары. Утопленники. Суициды. И тут же - заклинившие двери в квартиру. Сбежавшие из дома кошки. Пациенты весом 200 килограммов, которых не могут поднять медики «скорой». И беременные с распухшими пальцами, умоляющие снять обручальное кольцо. Каждый день все эти вызовы стекаются не в МЧС, а в региональные службы спасения.

ОХОТА НА ОФИСНОГО КРОКОДИЛА

Рядовое дежурство. Звонок.

- Алло, помогите! У нас крокодил сбежал!

- Крокодил? Вы из зоопарка?

- Нет, из офиса! Пожалуйста, скорее, он сейчас дверь прокусит!

Вой сирены, две минуты на сборы. Если честно, думали, наркоманы. Но нет, приезжаем — реально крокодил. Полутораметровое такое чудовище: морда здоровенная, глазки маленькие, злющие. Его контора для «красоты» держала в стеклянном аквариуме. И вдруг он эту стенку взял да и пробил своим носом дубовым. Обступили мы впятером эту детину, даже водителя пришлось позвать. Ловили как собаку. Кое-как удавку набросили, оседлали сверху, связали пасть, потом хвост. Через полчаса боданий наконец схватили и на веревках погрузили в новый аквариум. Смеясь, распрощались.

Но самое смешное - через час снова звонок:

- Алло, помогите! Он снова сбежал..!

Третьего раза не было. Уж не знаю, то ли аквариум нашли бронированный, то ли уже постеснялись звонить.

МЕЖДУ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ

У спасателей память короткая. Месяц — и за редким исключением я ничего не помню, все обнуляется. Думаю, мозг это делает на автомате, чтоб не свихнуться. Но моменты, когда ты едва не погиб, врезаются в подсознание.

Ночь, трасса, «копейка», переделанная под гоночный болид. Внутри машина обшита дугами для усиления конструкции. Одно кресло, шесть ремней безопасности. Пилот разогнался и влетел в лобовое с груженым КамАЗом. Их вынесло с дороги в обрыв и грузовик всей массой повис на легковушке, постепенно ее сминая. Обычную машину раздавило бы в лепешку. Пилота не просто зажало - руль впечатался ему в грудную клетку. Вокруг бегали люди – гонщики, проектировщик этой машины, но внутрь залез я один. Машина скрипела и оседала, надо было как-то его выдергивать. Руль перекусить нельзя, его сразу убьет. Стойки тоже – «копейка» потеряет остатки жесткости и мы погибнем оба. Перекусывать трубы – непонятно, какую именно, машина-то необычная. Подбегает инженер: «Я делал эту машину, перекусывайте эту трубу!». Послушался - перекусил, и машина на глазах начала сплющиваться. Все врассыпную, включая этого инженера-советчика. А я внутри. Вот реально - вся жизнь пронеслась перед глазами, даже отматерить этого советчика не успел. Слава богу, вытащили нас наши парни. Водитель тот остался жив. Привез мне потом коньяк.

Кстати, психолога у нас нет в силу финансирования. Эмоциональное выгорание отслеживают на глазок. В регионах, где побогаче, дают путевки в санаторий.

На днях у коллеги был сложный выезд. Вот уж точно: стальные нервы – главный инструмент спасателей. Обратились сотрудники полиции. Произошло убийство, негодяя поймали и он указал, куда скинул труп. Представьте: труба диаметром 70 см на 20 метров уходит в землю - воздуховод или что-то такое. Тело было сброшено туда, а сверху шпалами железнодорожными завалено. И вот спасатель спускался по веревкам на такую глубину. Дышать нечем, он с аппаратом на сжатом воздухе. Техника не умещается, висит над ним, мешает движению. Ногами вязал петли, чтобы сначала вытащить шпалы, потом убитого. Спускался четыре раза. Если зажмет или панику поймает – считай, кранты. Операция в итоге заняла четыре часа. А считалась невыполнимой.

БЕССМЫСЛЕННО И БЕСПОЩАДНО

Аварии на дорогах – наши самые частые вызовы. Однажды на трассе иномарка влетела в столб. Едем, зная, что будет «двухсотый». Смерть не бывает красивой, но на секунду я не поверил своим глазам. Весь салон – в лепестках алых роз. За рулем - мертвая девушка. Очень красивая, фарфоровая кожа, длинные волосы разметались. А рядом на обочине парень ее сидел, говорит, ехали с дискотеки, отмечали ее день рожденья. Погибла в день своего 25-летия. Вот только лежала именинница очень неестественно. Мы не следователи, но такие вещи видно сразу. Потом оказалось, что за рулем был этот ублюдок под наркотой, он и впечатался в столб. А подругу свою решил переложить, ей-то уже все равно.

Вообще, подавляющее большинство ЧС – это элементарная расхлябанность, бессмысленная и беспощадная. А самое страшное - видеть гибель детей. Как-то в деревне дед решил покатать внука с друзьями на своей старой «Волге». Собрал шестерых мальцов, погрузил в машину – все счастливы. Родителей даже не спросил – пока те копались в огороде, открыл калитку, зашел во двор, сгреб всех в охапку. А был пьян. Разогнался и вылетел в кювет. Погиб сам и все дети, за исключением одного его внука. Мы приехали, чтобы достать их тела. Вой стоял на всю деревню, здоровенные мужики скрежетали зубами и землю рыли. И даже наказать некого.

САМЫЙ БОЛЬШОЙ СТРАХ

У нас в стране нет единой спасательной службы, как, например, у соседей-белорусов. Есть разные ведомства, зачастую конкурирующие между собой. Мы например, подчиняемся не МЧС, а областной власти.

Работаем в графике сутки/трое. Рады ходить хоть через день, но не положено: переработка. В среднем по стране, кроме Москвы, спасатели получают от 14 до 23 тысяч рублей на руки в зависимости от класса и выслуги. Меньше, чем охранник в торговом центре. Вот и приходится подрабатывать: кто таксует, кто кондиционеры вешает, кто ОБЖ в школах преподает.

Больше всего спасатели боятся, что нечем будет семью кормить. И, конечно, пенсионной реформы. Представляете себе спасателя 60+, лазающего под завалами или таскающего пострадавших? У нас в пенсионном законодательстве написана странная фраза: «Право на льготу имеют спасатели МЧС России». Им достаточно отработать 15 лет — и здравствуй, пенсия. Для городских и областных спасателей таких поблажек нет.

И за дополнительные специальности нам тоже не платят. Я спасатель первого класса, у меня официально 12 специальностей. Но денежной прибавки это не дает.

НА ВЫЗОВ НА ТАКСИ

Любой московский спасатель, приедь он в регион, обалдел бы, с чем приходится работать. Средний возраст спецмашин — 12 лет, хотя по стандарту она должна быть списана через семь, даже если стояла в гараже с нулевым пробегом. Латаем, чем придется. Сколько раз было, что в пути старая машина ломается и ловишь попутку, чтобы приехать на ДТП. Грузишь туда свою гидравлику (гидравлический инструмент, например, ножницы, которыми режут металл – Прим.авт.), и вперед. Деньги чаще всего не берут. А вчера на такси добирались, встряли в пробку. Я ему: «Гони по обочине, срочно!». А водители вокруг решили, что это «обочечник», и давай нас подрезать. Таксист орет: «Да на кой мне это не надо, из-за вас в бочину получать!». Похватали мы инструмент свой 15-килограммовый и бегом из машины, благо всего метров пятьсот оставалось. Прибежали, давай резать — водителя зажало в кабине, тяжелый был. Слава богу, спасли. А так, если посудить, могли вообще не поехать — нет машины, сломалась. Джипиэс-навигаторы, планшеты, гугл-карты, определитель номера на телефоне – ничего этого у нас нет.

Еще интересно у налогами. В отличие от МЧС, мы их платим. В этом году пришел новый мощный мотор на катер, за него надо 70 тысяч отдать транспортного налога. Это как за 10 машин. И вот эта техника висит на оборотном складе и не используется, пока не выбьет начальник дополнительное финансирование. А если сразу поставим на учет в ГИМСе и не сможем оплатить, нам счета заморозят, зарплаты не будет. Мы шутим - классная антикоррупционная схема: нам не дают денег, поэтому и воровать нечего.

«ДЕНЕГ НА ВАС НЕ НАПАСЕШЬСЯ»

Но самое дикое в нашей работе – это 44-ФЗ (государственные закупки — Прим.авт.).У меня в голове не укладывается, как можно было приписать туда экстренные службы, хоть спасателей, хоть «скорую помощь». По закону выигрывает тот, кто предложит меньшую цену. И вот итог - не можем купить костюм химзащиты. В прошлом году потратили деньги, в итоге привезли: без слез не взглянешь. Берцы. По документам — нефтебензостойкие ботинки. А на деле картон, который расползается на глазах при первом же попадании нефтепродуктов. И будет лежать гнить на складе, так ни разу и не одетый. ФАС удовлетворен, комитет по закупкам удовлетворен, один спасатель в дураках.

Отечественная гидравлика за 400 тысяч рублей через год-два ломается. Приходит руководство в правительство денег просить — ответ один: «Вы там рукожопые что ли? Никаких денег не напасешься!». Заграничного аналога за миллион-полтора хватит лет на двадцать. Но купить его по закону о госзакупках мы не можем.

Больше всего наш начальник возмущается, что бензин мы покупаем только через торги. При этом новую заявку можем отправить, только когда предыдущее топливо закончится. А это месяц до следующей поставки — пока заявку рассмотрят, пока выделят деньги, пока торги пройдут. То есть мы абсолютно официально месяц находимся без топлива. И как выезжать? В итоге приходится химичить: бензин заранее сливается в бочки и оттуда берется. И списывается заранее. А как иначе?

НА СОВЕЩАНИЕ С СИРЕНОЙ

То, что спасателей используют не по назначению, не редкость. В Москве или в Питере это делают внаглую – чиновники на машинах с мигалками ездят на совещания. В регионах такого нет. Но городских спасателей заставляют опиливать деревья, хотя этим должна заниматься система ЖКХ. Тратятся время и силы, уродуются бензопилы. Надо ехать на вызов, а у спасателя пила убитая.

Оснащение у спасателей хитрое и востребованное. Есть, например, дизельная электростанция на 50-100 киловатт, тепловые пушки, мощные мотопомпы для откачки воды. Какому-то важному начальнику время от времени надо наполнить или опустошить бассейн. Но чиновники нам не так страшны, как например, рыбаки. Уедут куда-нибудь на острова на рыбалку, живут там в палатке месяцами. А потом, чтобы лодочникам не звонить, вызывают нас: «Терпим бедствие!». Блин, достали! Мы ведь вам не такси.

ОБРАТНАЯ СТОРОНА ГЕРОЙСТВА

Конечно, всякое бывает. Спасатели тоже люди. Как-то приезжаем на взрыв жилого дома. Плиты, балки торчат, конструкции свисают. Кинологи говорят: собака почувствовала живого человека, надо проверить. Матерые спасатели стоят, тут вызывается самый зеленый сотрудник: «Пойдем, мужики!». Ему чуть по морде не наваляли. И правильно. Ведь с одной стороны, это наша работа - спасать людей. А с другой - какого черта лезть в полымя? Сначала надо обеспечить безопасность работ, закрепить конструкции, а потом уже лезть. Иначе, случись что, любая страховая компания докажет потом, что спасатель нарушил технику безопасности, и не будет никаких выплат, которые и так мизерные. В случае гибели сотрудника средняя сумма - 100 тысяч рублей. По мне, так геройство одних - это недоработка других, и вряд ли кто-нибудь меня переубедит.

*Спасательными работами у нас занимается не только МЧС (федеральная структура, защищающая от пожаров, наводнений и других крупных ЧС). Есть еще областные и городские службы спасения, которые подчиняются местным властям.

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также